Среда, 4 Марта 2020 14:11

АрмИнфо. Принятые 29 октября Палатой представителей Конгресса США резолюция №296, и 12-го декабря американским Сенатом резолюция №150 стали очередными, бесспорными шагами на пути международного признания массовых убийств армян в Османской Турции и Турецкой республике как геноцида.

 

 

 

Введение

Тем не менее, с сожалением приходится констатировать, что сегодня, как и на протяжении последних десятилетий "Армянский вопрос" продолжает оставаться заложником международной политики и международных отношений. При этом, медленно, но последовательно нарастающее пока что лишь экономическое противоборство между США и Китаем постепенно придает использованию трагедии армянского народа уже не только геополитический, но и глобальный характер. В первую очередь, учитывая роль Турции, находящейся на "перекрестке" треугольника - противостояния с участием США, Китая и в немалой степени России. В этом свете, принятие резолюции №150 в американском Сенате лишь с четвертой попытки видится как очередное проявление задействования "Армянского вопроса". В первую очередь как средства давления и своеобразной дубинки усмирения зловредности и зашкаливающих амбиций турецкого лидера РеджепаЭрдогана.  

 

Геноцид армян и резолюции в Конгрессе

Совершенный в 1915-1923 гг. в Османской Турции, и в первые годы становления Турецкой республики, Геноцид армян, стал первым в новейшей истории человечества масштабным международным преступлением. Совершенные с целью физического уничтожения целого народа по политическим и этническим мотивам, преднамеренные действия турецкого правительства отражены в бесспорных фактах, подтверждаемых неопровержимыми документами и свидетельствами из самых различных источников. На сегодня факт Геноцида армян признан 25 странами мира, отдельными субъектами ряда стран, включая 49 из 50 штатов США. Целый ряд исследователей массовых убийств, включая экспертов IAGS (Международная ассоциация исследователей геноцида), характеризует уничтожение полутора миллионов армян как полностью соответствующее критериям конвенции ООН от 09.12.1948 г. "О предупреждении преступления геноцида и наказании за него". В научной сфере факт геноцида армян признается большинством ученых и специалистов, включая американских, европейских израильских и даже турецких светил науки. Наиболее полный набор фактов и доказательств преступлений, совершенных против армянского народа турками, хранится в ереванском Музее-институте Геноцида армян "Цицернакаберд". По словам его уже бывшего директора АйкаДемояна, в музее на сегодняшний день хранится около 100.000 единиц экспонатов, относящихся к истории геноцида армян, а также предоставляется доскональная визуализация этого трагического события в истории. В числе наиболее наглядных экспонатов - оригиналы фотографий, сделанных на месте преступления против армянского народа русскими, немецкими и австрийскими военными в 1915 году.

Резолюция №296 была принята Палатой представителей Конгресса США большинством голосов - 405 голосами "за", 11 "против" при трех воздержавшихся.  Таким образом, Геноцид армян был официально признан самой влиятельной страной мира на уровне нижней палаты Конгресса. Следует особо отметить, что никаких обязательств на правительство США резолюция N296 не налагает, поскольку документ носит исключительно рекомендательный характер. Тем не менее, действия конгрессменов удостоились весьма буйной реакции Анкары. Американский посол был немедленно вызван "на ковер" в турецкий МИД, а президент РеджепЭрдоган заявил, что не поедет с уже запланированным визитом в Вашингтон. После чего охарактеризовал принятие резолюции N296 как "величайшее оскорбление для турецкого народа". Впоследствии в Вашингтоне, куда он все-таки поехал, Эрдоган заявил, что резолюция №296 "бросает тень на турецко-американские отношения".

В Армении и разбросанных по всему миру очагах армянской диаспоры резолюция американских конгрессменов была воспринята с огромной благодарностью и несколько неоправданным, завышенным оптимизмом, в некоторых случаях доходящим до эйфории. При этом, даже несмотря на свою, безусловно, политическую подоплеку, резолюция №296, вне всяких сомнений, стала самым знаковым событием для добивавшихся от США более полувека признания Геноцида армянских лоббистов. Невозможно недооценить роль в данных процессах таких организаций как «Армянский национальный комитет Америки» и «Армянская Ассамблея Америки». Реакция Еревана была выражена благодарностью и восхищением армянской диаспорой в США, озвученной премьер-министром Армении НиколомПашиняном. "Резолюция №296 - историческое решение, смелый шаг на пути к служению правде и исторической справедливости, которая также принесет утешение миллионам потомков армян, выживших во время Геноцида", - заявил армянский премьер.

Тем не менее, приходится констатировать, что связь между действиями конгрессменов и их стремлением хоть немного утихомирить зарвавшегося турецкого президента присутствовала изначально. Об этом, как минимум, говорит символическое совпадение дня принятия данной резолюции 29 октября 2019 года с днем провозглашения Мустафой Кемалем Турецкой республики - 29 октября 1923 года. Таким образом, американские конгрессмены указали Анкаре на непосредственную связь между современной Турцией и лежащими в ее фундаменте преступлениями против человечности. Для дополнительной убедительности в тот же день - 29 октября конгрессмены приняли еще одну резолюцию, предусматривающую ввод в действие санкций против финансового и частично оборонного сектора Турции за ее действия на севере Сирии. Тем не менее, рассчитывать на принятие проекта аналогичной резолюции верхней палатой Конгресса – Сенатом – резолюции №150 с первого раза не приходилось практически изначально. В первую очередь исходя из особенностей взаимоотношений между США и одним из их ключевых союзников по НАТО Турцией.

Версию проармянской, точнее антитурецкой резолюции в Сенате представили и возглавили старший демократ в комитете по иностранным делам Роберт Менендес и конгрессмен ТэдКруз. Примечательно, что главный армянский лоббист Менендес, представляя проект сенатской версии резолюции, особо подчеркнул, что "внешняя политика США должна честно отражать нарушения прав человека и преступления против человечества". Тем не менее, коллеги-сенаторы были лишены даже возможности ответить на воззвание Менендеса посредством голосования по резолюции. 13 ноября сенатор от Республиканской партии, глава юридического комитета Сената ЛиндсиГрэм, воспользовавшись правилом, согласно которому один сенатор может наложить вето на голосование всей верхней палаты, заблокировал резолюцию о признании Геноцида армян. Примечательно, что Грэм, являющийся ближайшим сподвижником президента США Дональда Трампа, сделал это по итогам своей встречи в Белом доме с РеджепомЭрдоганом. В качестве обоснования подобной позиции сенатор призвал коллег не "приукрашивать или переписывать историю", подчеркнув, является противником данной резолюции "не из-за прошлого, а из-за будущего". После чего резолюция блокировалась в Сенате по приблизительно аналогичной мотивации еще дважды: сенаторами Дэвидом Пердью и Кевином Крамером. Тем не менее, документ был все-таки принят с четвертой попытки.

 

Предыстория

Здесь следует отметить, что попытки выйти за пределы признания отдельными субъектами и признать геноцид армян на федеральном уровне предпринимались в США неоднократно. Факт геноцида армян признан 49 штатами США, последним в этом году его признала Алабама. И первое, что всплывает в памяти в этом контексте, - это резолюция №247 "О Дне памяти жертв Геноцида армян в Османской империи", внесенная в преддверие 70-летия Геноцида в апреле 1985 года на рассмотрение Палаты представителей республиканцев Робертом Доулом. Резолюция успешно прошла слушания в комитете по иностранным делам, после чего была выставлена на общее голосование спикером Палаты представителей Томасом O’Нилом. Однако, после отзыва Анкарой посла в Вашингтоне и угрозы приобрести французские лайнеры "Эйрбас", сорвав готовящуюся сделку с "Боингом", O’Нил резолюцию отозвал. Еще одна попытка признать геноцид была предпринята Комитетом по международным отношениям американского Конгресса в октябре 2000 года. Однако, администрация президента Джорджа Буша-младшего заблокировала голосование в обеих палатах Конгресса после одобрения резолюции №596 Комиссией Палаты представителей по иностранным делам. Еще две аналогичные безуспешные попытки были предприняты конгрессменами в 2009 и 2010 гг.

Отдельную предысторию имеет процесс признания факта Геноцида армян президентами США. Руководствуясь принятой Конгрессом в конце 70-х специально для них резолюцией, первые лица США каждого 24 апреля в день Геноцида армян выступают с посланием, адресованным соотечественникам-армянам. Интрига вокруг этого обращения год от года сводится к тому, произнесет или не произнесет глава государства термин genocide. Впервые этот термин в своем обращении еще в 1978 году применил президент

Джеймс Картер. Впрочем, это не помешало тому же Картеру отменить, введенное усилиями армянского и греческого лобби в 1974 году, в ответ на турецкое военное вторжение в Кипр эмбарго на поставки вооружений Турции. Второй раз назвал вещи своими именами в 1981 году президент Рональд Рейган, оценив Геноцид армян, Холокост евреев и геноцид камбоджийцев как ярчайшие примеры геноцида. Остальные президенты США термина genocide тщательно избегали, предпочитая характеризовать уничтожение армян турками как "массовые убийства армян" и "величайшую трагедию".

Впрочем, до своего избрания, а еще точнее в ходе предвыборной кампании, признать геноцид армянским соотечественникам обещают очень многие кандидаты в президенты. Что, учитывая численность армянской общины США и соответственно, электората, – до двух миллионов человек, удивления не вызывает. Тот же Джордж Буш-младший в письме Армянскому национальному комитету Америки (ANCA) в ходе своей предвыборной кампании обещал сделать в должности президента "все возможное для официального признания США Геноцида". Как мы знаем, в годы президентства Буша-младшего каких-либо подвижек в данном направлении не произошло. Аналогичным образом сыграл на армянских надеждах еще, будучи сенатором от Иллинойса, преемник Буша президент Барак Обама. Последний также не сдержал данного обещания с целью заручиться поддержкой Анкары для обеспечения беспрепятственного вывода американских войск из Ирака и Афганистана через турецкую территорию.

 

Демократические ценности и прагматика

Таким образом, отталкиваясь от опыта всех предыдущих лет, изначально приходится констатировать очередноевозобладание прагматического дискурса внешней политики США над дискурсом ценностным. Причем, второй дискурс, как правило, успешно применяется администрацией в качестве механизма успешной реализации первого. Особо наглядно год от года это демонстрируется посредством задействования проблемы признания факта геноцида армян как инструмента давления на Анкару. Впрочем, велосипеда здесь США не изобрели, поскольку "Армянский вопрос" продолжает оставаться частью международного политического торга. В разное время с разной степенью успешности его задействовали различные европейские государства, Израиль и даже страны Арабского мира. При этом, пальму первенства в этом направлении традиционно удерживают США. Удерживают по двум причинам: наличию самой большой в мире армянской общины и наличию особых отношений с Турцией. Именно стремление заручиться голосами американских армян, одновременно поддержав, при этом, имидж передовой демократии мира и дав Турции очередной раз по голове, год от года побуждает американских политиков доставать с полки очередную резолюцию. Однако, дальнейший сценарий остается практически неизменным – на юридическое, полноценное признание Америкой факта Геноцида армян на том или ином этапе накладывается вето.  

Причины неизменности сценария следует искать в, по большому счету, неизменных на протяжении всех последних десятилетий отношениях США с Турцией. Анкара являлась форпостом и восточной границей НАТО со времен начала холодной войны с СССР. И продолжает выполнять эти функции сегодня, через 28 лет после распада Страны Советов.

Наглядное представление о неизменности функций Турции дают военные базы НАТО, расположенные на турецкой территории у подножия горы Арарат еще с прошлого века. СССР распался, а базы не только остались, но и, судя по числу огоньков в ночное время суток, еще и существенно разрослись. С армянской стороны в Гюмри на них смотрит российская 102-я база, также последовательно укрепляющаяся и модернизирующаяся.

Таким образом, необходимо констатировать, что геополитическое противостояние между США и Россией никуда не делось. Соответственно, никуда не делась и роль Турции в данном противостоянии. Роль, по-прежнему требующая от США в отношениях с Турцией прагматизма. 

 

Новые геополитические реалии

Представляется, что с возобновлением в последнее десятилетие конкуренции между США и Россией на Ближнем Востоке, в частности в Сирии, Турция обрела для обеих держав дополнительное значение. Разумеется, с определенными нюансами. И Вашингтон, и Москва рассматривают Анкару не только как союзника, но и в качестве весьма существенного, достаточно амбициозного конкурента в регионе Большого Ближнего Востока. И третье по счету вторжение турецкой армии в северные районы Сирии значимость Турции в этом смысле лишь усилило. В этом свете, необходимо отметить, что первое турецкое вторжение – операция “Оливковая ветвь” была согласована с Россией и осуждена США. Второе турецкое вторжение в Сирию, согласованная с США, операция “Щит Евфрата” удостоилось резкой критики и осуждения России. А вот третья операция – “Источник мира” была согласована Турцией уже как с Россией, так и с США. Однако, и эта согласованность, как показал ход последних событий в Сирии, носит ситуативный и потому временный характер.

Начало новым реалиям в отношениях Турции с ее ведущим союзником по НАТО было положено в 2003 году никем иным как все тем же РеджепомЭрдоганом. Едва став президентом Турции, Эрдоган довольно неожиданно отказался пропускать через территорию Турции американские войска, направляющиеся в Ирак для борьбы с режимом Саддама Хуссейна. Тем самым было положено начало перманентным обострениям американо-турецких противоречий. И в последние 16 лет проявлений этого процесса было немало. Об этом говорит хотя бы число периодически появляющихся и исчезающих из оборота американских политиков резолюций по признанию факта геноцида армян. Таким образом, турецкий «Источник мира» на севере Сирии стал лишь очередным раздражителем многолетнего проявления зловредности Эрдогана в отношениях с США. В данном конкретном случае удар наносится по союзникам и основному операционному инструменту Штатов в регионе курдам.

Однако, судя по всем последним событиям, гораздо больше действий Анкары на сирийско-курдском треке Вашингтон заботят действия Эрдогана в направлении Москвы. На протяжении последних лет Эрдоган, изначально позиционировавший себя как сторонника неоосманистского курса Турции, начал постепенно сближаться с Россией. Что в Вашингтоне вызывает вполне оправданную и мотивированную тревогу. Тем самым Эрдоган еще более ухудшил отношения с США. Это сближение также имеет подъемы и падения, как, впрочем, и вся внутренняя и внешняя политика Эрдогана. И колеблется от сбитого турками российского военного самолета и убитого в Анкаре российского посла до закупки у России ракетных комплексов С-400. Сама ситуация в которой союзник США по НАТО Турция закупает у России ЗРК С-400 и ведет переговоры о покупке истребителей Су-35 как минимум вызывает вопросы к Анкаре. И представить подобные действия Турции, еще два десятилетия назад покорно плетущейся в фарватере американской политики, ранее было просто невозможно. Впрочем, и здесь необходимо отметить, что за подобную покорность Анкара получала в рамках членства в НАТО доступ к новейшим разработкам США в оборонной сфере. США также вооружали турецкую армию, что позволило Турции превратиться во вторую по численности армии страну Альянса. И конечно, позволяло развивать, ориентированную на Запад, а отнюдь не на Восток, экономику. Более того, говорить до появления Эрдогана о европейских перспективах Турции отнюдь не считалось моветоном, и страна имела реальные шансы стать членом Евросоюза.     

Таким образом, необходимо констатировать, что столь беспрецедентным ухудшением отношений с США и с Западом, в целом, Турция обязана лично Эрдогану и его направленной на собственное доминирование внутренней и как следствие внешней политике. Испорченные же отношения с бывшими соратниками ФетхуллахомГюленом, Абдуллой Гюлем и совсем недавно АхметомДавудоглу демонстрируют, что с взглядами Эрдогана согласны далеко не все даже в самой АКР. Не говоря уже о разгромленном Эрдоганом в июле 2016 года турецком генералитете. Однако, Эрдоган внутри Турции уже давно ни с кем не считается и определяет внешнюю политику страны практически единолично, руководствуясь собственными, зачастую конъюнктурными и внутриполитическими интересами. Последние требуют постоянного представления США в качестве врага номер один, который посягает на право турецкого народа принимать суверенные решения и главное спонсирует его врагов в лице курдов и находящегося в США ФетхуллахаГюлена. Как результат антиамериканские настроения практически нигде так ярко не выражены как в сегодняшней Турции. Все это Эрдоган активно использует во внутренней политике с целью укрепить собственные изрядно пошатнувшиеся в последнее время позиции. Наиболее наглядным индикатором падения рейтинга Эрдогана и правящей партии Справедливости и развития является победа кандидата оппозиционной Народно-республиканской партии ЭкремаИмамоглу даже на перевыборах мэра Стамбула. Данный процесс, в свою очередь, производен от общего, достаточно неутешительного состояния турецкой экономики: отсутствия экономического роста, небывалого обесценивания турецкой лиры, закрытия рабочих мест и как следствие недовольства населения. 

Все эти неутешительные реалии турецкий президент пытается компенсировать в глазах населения размахиванием кулаков и демонстрацией мускулов во внешней политике. И здесь он явно следует примеру своего “российского друга” Владимира Путина. Антиамериканизм в России и в Турции, в целом, довольно схожи и в первую очередь обусловлены неутешительным состоянием экономики и соблюдением прав человека в обеих странах. И демонстративный антиамериканизм Эрдогана и турецкое вторжение в Сирию также из этой серии. Однако, в свою очередь подобный популизм в отношениях с мировым гегемоном и союзником по НАТО уже обходится Турции довольно дорого. Регулярные и достаточно вольные высказывания Эрдогана и эрдогановской свиты в адрес американцев уже привели к вполне ожидаемому публичному признанию президента Дональда Трампа в любви к очередным турецким недоброжелателям грекам. Последние в свою очередь ожидают от США вполне осязаемого проявления этой любви в виде передислокации американской базы из турецкого Инджирлика на греческий остров Крит. Не жалуют эрдогановскую Турцию и в союзном США Израиле, чьи политические отношения с Анкарой обострены начиная с мая 2009 года в результате захвата израильтянами турецкой т.н. «Флотилии свободы».

Как результат блокировавшие на протяжении долгих лет признание Конгрессом геноцида армян Белый дом, Госдепартамент, ЦРУ, Пентагон и, конечно, еврейское лобби, на сей раз не сделали в этом направлении ровно ничего. И коррективы в региональной политике США здесь более чем очевидны. Дело в том, что резолюция №296 и резолюция №150 еще более усилили арсенал США против Турции, ранее состоявший, к примеру, из той же резолюции, принуждающей президента США выступать каждого 24 апреля с посланием. Соответственно, это вынуждало турок каждый год бороться с целью недопущения звучания в этом послании слова геноцид. В ответ на это американская администрация год от года выдвигала перед Анкарой встречные требования. И здесь мы вновь выходим на очевидность задействования США “Армянского вопроса“ с целью усиления давления на Турцию.

 

Турция, глобальная политика и “Армянский вопрос”

Еще одно немаловажное обстоятельство. Дальнейшее ослабление турецкой экономики, в числе всего прочего обусловленного ухудшением отношений с Западом заключает в себе новые угрозы для США. И эти угрозы гораздо масштабнее действий Эрдогана в Сирии, поскольку выходят из геополитической плоскости на плоскость глобальной политики. В этом свете, эрдогановская агрессия в отношении, находящихся под американской протекцией, сирийских курдов выглядит в глазах США как невинная детская шалость.

Дальнейшее продолжение Анкарой курса на обострение отношений и разногласий с западными экономически развитыми государствами, рано или поздно может поставить Эрдогана перед выбором. Выбором между экономическим крахом и, соответственно, крахом собственным, возвращением под покровительство США и уходом в зону влияния Китая. Медленное, но непрекращающееся экономическое освоение Африки Китаем позволяет говорить о наличии в Поднебесной достаточно обширных неиспользованных финансовых ресурсов. И в условиях замедления собственного экономического роста, Китай будет явно не прочь заняться Турцией, разумеется, на собственных условиях. В первую очередь политических. В результате Турции светит перспектива оказаться в сфере влияния Китая. Меж тем, как для ведущих торговые войны с Китаем США реализация подобной перспективы будет означать полное поражение на ближневосточном участке условного театра боевых действий.      

В этом свете, представляется, что в данном случае “Армянский вопрос”, да и сама Турция, оказались небольшими, условными винтиками долгосрочного, глобального вызова международного масштаба. Вызова со стороны новой, неизвестной прежде системы международной архитектуры - “экономической биполярности между США и Китаем и стратегической биполярности между США и Россией”. Приходится констатировать, что

НАТО явно оказалось не готово не только к стремительному выходу на мировую арену Китая, но и к “возвращению” экономически слабой России в качестве одного из ведущих глобальных военно-стратегических игроков. На первый взгляд, новый призрак “угрозы с Востока“ создает благоприятные условия для трансформации Альянса в полноценную боевую структуру, в некий кулак, способный нивелировать любые угрозы. Тем не менее, мы видим, что попытки перегруппировки НАТО лишь высветили глубину политических разногласий и организационной дисфункциональности внутри Альянса. Все это стало закономерным итогом “простаивания” НАТО на протяжении минувших с  окончания холодной войны трех десятилетий. И самым слабым звеном в структуре НАТО представляется именно Турция. Что прекрасно осознают не только в Брюсселе и Вашингтоне, но и в Москве. В Кремле отнюдь не прочь “пощупать НАТО на прочность”, подлив масла в огонь турецко-американских противоречий. И сделка по поставкам российских комплексов С-400 натовской Турции, помимо чисто финансовой компоненты явно содержит и этот подтекст. Таким образом, значение Турции для США сегодня, в целом, немногим отличается от ее значения в годы существования СССР и холодной войны. Все это в совокупности понуждает США проявлять в отношении Турции в целом и Эрдогана в частности, небывалую осторожность.   

Тем не менее, в данной игре существенные ограничители есть и у Эрдогана. Получив в лице США откровенного врага, а не страну лишь проводящую в ее отношении все последние десятилетия политику сдерживания, Турция окажется один на один с окружающими ее странами в недалеком прошлом являющимися частью Османской империи. Разумеется, со всеми сопутствующими последствиями, поскольку Турцию в том же Арабском мире, мягко говоря, недолюбливают. Именно осознание всех этих реалий побуждает Эрдогана, сделав два шага вперед, немедленно делать шаг назад. Причем, как в отношениях с США, так и в отношениях с Россией. В свою очередь США по вполне понятным причинам не могут позволить окончательного ухода Турции из НАТО в объятия России с перспективой выхода на Китай. Подобный демарш, а загнанный в угол Эрдоган вполне может решиться и на такое, приведет к нарушению геополитического баланса не только на региональном, но и на глобальном уровне.

Таким образом, приходится констатировать, что дальнейшее развитие событий на турецко-американском треке, скорее всего, стремительным не будет. Слишком велика цена, которую сторонам придется платить за столь опрометчивую стремительность. Соответственно, Вашингтону и Анкаре, так или иначе, но придется договариваться. И "Армянский вопрос" – лишь один из механизмов в сложной системе американо-турецких противоречий и договоренностей. Что США и Турция сегодня, собственно, и делают, правда, пока что безрезультатно. Одним из последних проявлений попыток договориться стало, адресованное Турции, предложение США "уничтожить, вернуть или избавиться" от российских ЗРК С-400 "Триумф". Подчеркнув неприемлемость поставок С-400, высокопоставленный представитель Госдепартамента подчеркнул, что они подвергают Турцию риску санкций. В данном случае речь идет о применении в отношении Турции закона CAATSA "О противодействии противникам Америки посредством санкций". При этом, американский чиновник указал Анкаре на наличие "свободы маневра", чтобы вернуться за стол переговоров, отметив в качестве единственного предусловия отказ Турции от размещения комплексов С-400. "В то же время мы отнюдь не закрыли им возможность приобрести комплексы ПВО Patrioт", - подытожил представитель Госдепа. Надежду на "разрешение ситуации с закупками С-400" в ходе вашингтонских переговоров с Эрдоганом выразил и президент США Трамп. Попутно в свойственной ему манере Трамп предложил Эрдогану торговую сделку на $100 млрд. "с достаточно выгодными для Анкары условиями". Здесь необходимо отметить, что ежегодный двусторонний торговый оборот между странами не превышает $20 млрд. Впрочем, примерно аналогичные условия Вашингтон Анкаре уже предлагал в октябре с целью остановить операцию в Сирии. Также безуспешно.

Таким образом, представляется, что начавшиеся еще в июле 2019-го поставки российских систем ПВО С-400 "Триумф" являются лишь вершиной айсберга турецко-американских противоречий. Эрдоган по-прежнему грозится ввести "триумфы" в действие в апреле 2020 года. США требуют отказа от сделки с Россией в пользу американских комплексов Patriot. Переговоры продолжаются практически безрезультатно. При этом, и Трамп, и Эрдоган делают все с целью сохранить сами переговоры. Так, Трамп охарактеризовал последнюю встречу с Эрдоганом, состоявшуюся 13 ноября в Вашингтоне, как "прекрасную и продуктивную". Эрдоган в свою очередь сообщил коллеге о намерении "открыть новую страницу в отношениях с США, с которыми Турцию давно связывают тесные узы партнерства". Отсутствие же конкретики по итогам встречи лишь подчеркнуло ее критический характер для обеих сторон. Тем не менее, даже ничего не добившись в Вашингтоне, Эрдоган, продемонстрировал миру и своим избирателям, что является полноправным и неуступчивым партнером США. И при этом продолжает маневрировать между Вашингтоном и Москвой с целью повышения геополитического веса Турции. Тем не менее, понятно, что продолжать это повышение до бесконечности Эрдогану не удастся.  

 

Заключение

Таким образом, даже упомянутая выше совокупность факторов, фундаментальных изменений в турецко-американских отношениях, позволяющих однозначно прогнозировать окончательное признание федеральным правительством США факта геноцида армян, пока что не предполагает. Более того, парадоксальным образом перспективы признания США факта геноцида армян в Турции, с обострением между ними отношений, лишь обросли дополнительной туманностью. В этом свете, представляется, что вероятность окончательного официального признания администрацией США факта геноцида армян прямо зависит от итога начатых вице-президентом США Майком Пенсом переговоров с Эрдоганом.

И судя по блокировке антитурецких инициатив конгрессменов, присутствовавшим на встрече Трамп-Эрдоган сенатором Грэмом, а также сенаторами Пердью и Крамером, возможность выхода на компромисс, как минимум, по Сирии и отношениям с Россией между союзниками по НАТО все еще сохраняется. Особенно учитывая риски, которыми чревато дальнейшее усиление американского давления на Турцию для самого, находящегося под постоянной угрозой импичмента, Трампа. Весьма возможная, пусть даже в теории, потеря Турции как члена НАТО с второй по численности армией и страны с уникальным геостратегическим положением грозит серьезным ослаблением позиций США на Большом Ближнем Востоке. Особенно на фоне укрепления в этом же регионе позиций России.

Еще одним парадоксом складывающейся ситуации является противоречие наращивания давления на Турцию, собственно, интересам США. Не очень успешная сирийская кампания Эрдогана уже привела к возникновению перед Турцией новых геополитических и экономических рисков и проблем. В этом свете, дальнейшее усиление давления на Анкару вполне способно привести к возникновению в Турции дезинтеграционных процессов, вплоть до окончательного распада. В качестве фундаментальных факторов способствующих подобным процессам, в первую очередь отметим курдов и территориальные претензии практически всех соседних государств в отношении "построенной на костях" соседних народов современной Турции.

Меж тем, уничтожение Турции как целостного государства и соответственно форпоста США и главное все сопутствующие последствия никоим образом не соответствуют целям и приоритетам американской внешней политики. Причем, отнюдь не только на Большом Ближнем Востоке. Сохранить Турцию в целостном виде, но сменить там власть на более покладистую, у США также не получается. После уничтожения Эрдоганом турецкого генералитета и нивелирования в Турции фактора ФетхуллахаГюлена, альтернативного Эрдогану кандидата в президенты у американцев также нет.

Таким образом, сегодня, как и прежде, просматривается безальтернативность Турции как  партнера США далеко не только на Большом Ближнем Востоке. Как страны, возглавляемой даже не в меру амбициозным и потому строптивым и зловредным Эрдоганом. Сам турецкий президент, судя по его рискованным и размашистым шагам в современной системе международных отношений, эту собственную пусть временную, но все-таки незаменимость прекрасно осознает. Таковы последние импульсы в глобальной политике и системе международных отношений. Системе, частью которой "Армянский вопрос" стал далеко не сегодня. Американо-турецкие противоречия по-прежнему далеки от разрешения, но связывать с их дальнейшим усугублением окончательное признание Соединенными штатами геноцида армян, представляется, непродуктивным. Как минимум, в обозримой перспективе.